Лишь одна Звезда. Том 2 - Роман Суржиков

24 – 28 декабря 1774г. от Сошествия

Фаунтерра

– Проснитесь, ваше величество!

Это было очень жестоко. Кто смог выдумать столь тонкое зверство?

Мира едва только вынырнула из глубины сна, еще даже не разлепила веки, как внезапный удар уничтожил ее.

«Ваше величество»! Что значит «ваше величество», обращенное к ней?!!

– Нет, – застонала Мира, с ужасающей ясностью увидев смысл. – Нет! Нет! Нет!!!

– Ваше величество, – отчеканил лейтенант Шаттерхенд. За его спиной стояли какие-то люди – все в мундирах, при шпагах. Все в ее спальне…

– Адриан Ингрид Элизабет погиб. Безумный Менсон причастен к его гибели и не может наследовать власть.

– Нет, о боги, нет!..

Она сжалась от острой, пронзительной боли. Судорожно скорчилась в кровати – мизерная, раздавленная, бессильная…

Лейтенант опустился на колени. За ним – все мужчины в мундирах.

– Минерва Джемма Алессандра рода Янмэй, волею Святых Прародителей и богов Подземного Мира, с этой минуты вы – владычица Империи Полари. Прошу, подтвердите принятие власти.

– Нет!.. Это ошибка, невозможно!.. Вы лжете!..

Другой мужчина, старше лейтенанта, сказал:

– Не ошибка, ваше величество. Вы – законная императрица Полари. Скажите «да», если осознаете это.

– Нет! Вы слышите меня? – она подняла голову и крикнула: – Неееет!

– Вы – Минерва Джемма Алессандра, леди Стагфорт?

Мира задохнулась от комка в горле. Мужчина повторил:

– Вы – Минерва Джемма Алессандра, леди Стагфорт?

– Да…

– Вы принадлежите к роду Янмэй Милосердной?

– Да…

– Вы приходитесь троюродной племянницей по материнской линии императору Адриану Ингрид Элизабет?

– Да, о боги!

– Владыка Адриан погиб при крушении поезда. Ясно ли вы услышали мои слова?

Она еле выдохнула звук.

– Скажите это четко и ясно, – потребовал офицер.

– Да, – простонала Мира.

– Господа, будьте свидетелями того, что императрица осознанно приняла власть.

– Так точно! – отозвался нестройный хор.

* * *

Затем ее куда-то повезли. Военные предложили на выбор несколько вариантов, Мира не расслышала и не поняла толком ни одного из них. Все советчики говорили том, как опасно оставаться в Алеридане, и настаивали на отъезде, но не могли прийти к согласию на счет пункта назначения. Предлагали разные города в Землях Короны, Сердце Света в Надежде, Мелоранж в Литленде. Несколько человек упомянули Фаунтерру. Мира кивнула. Адриан ехал в столицу, звал туда и Миру… Она кивнула, ее погрузили в поезд и повезли.

Ее окружали люди, которых Мира не знала. Кроме Шаттерхенда с его отрядом и Итана, к ней присоединились какие-то офицеры… Вроде бы, они прибыли из Надежды следующим поездом после Адриана… Вроде бы, кто-то из них по приказу владыки контролировал волну, и первым получил жуткое известие. Все офицеры и гвардейцы Короны покинули Алеридан в одном поезде с Мирой, еще до того, как приарх узнал о гибели владыки. По какой-то причине это было разумно. Мира мало что могла понять. Думать хотя бы о чем-то было невозможно. Она сидела, уткнувшись лбом в окно; когда вагон качался, голова стукалась о стекло. Так она проводила час за часом. Стояла ночь, забрезжило утро, рассвело…

Несправедливо и абсурдно, что в мире все осталось по-прежнему. Такой же рассвет, как вчера, такое же утро; снежные поля, какие Мира видела сотни раз; поезд идет точно так же, как шел вчера… Что-то должно поменяться! Мир не может быть прежним!

Возможно, с нею говорили. Мира не замечала людей. Горе выстроило стену между нею и всеми. Люди тоже остались прежними, и это было чудовищно. Они не могут говорить так рассудительно, не могут ходить, не могут есть… Их способность жить по-прежнему не укладывалась в голове Миры, потому она выбросила людей из поля зрения. Она осталась одна на свете.

Сколь бы черным и глубоким ни было ее горе, ей начало казаться, что она страдает недостаточно. Она непозволительно спокойна. Она сидит в тепле в мягком кресле и смотрит в окно… У нее нет права быть в комфорте. У нее нет права не страдать. При последней встрече она расстроила его. Унизила расспросами, обидела недоверием. Она распрощалась с ним, будто с чужим человеком! А теперь его нет, и ее зовут его титулом, и она позволяет это… Несправедливо, мерзко.

Чтобы наказать себя, Мира снова и снова вызывала в мыслях последнюю встречу. Перебирала все теплые, радостные моменты… оживляла перед глазами его образ, каждую черточку, каждое движение… Это было все равно, что втыкать иглы себе в сердце. От боли Мире делалось спокойнее… Боль – это правильно. Единственное правильное, что осталось.

Ее пытались то накормить, то развлечь разговорами. Желая усилить боль, Мира отказывалась от того и другого. Но спросила: как он погиб? Ей рассказали. Поезд владыки потерпел крушение – сошел с рельс на мосту через Бэк и рухнул вниз. Высота была велика, а вагоны упали на твердый берег, так что большинство пассажиров погибли сразу. Но владыка был еще жив, когда случайные путники подбежали к месту крушения. Он выбрался из горящего вагона и пытался спастись, однако шут Менсон собственной рукой заколол Адриана. Почему он поступил так?.. Все знают: шут – безумец. Адриан был очень неосторожен, что держал при себе бешеное животное…